Тяжёлая жизнь иностранных студентов в Америке

Преподавая в престижном университете в Болгарии четыре года назад, Мелоди Гилберт, американский профессор, не ожидала, что студенты будут засыпать на её занятиях.

«Предполагается, что после летних каникул студенты должны быть расслабленными, счастливыми и довольными», – поведала Гилберт. Вместо этого «в первую неделю очень многие из них были очень сильно уставшими».

Причина, как оказалось, заключалась в том, что многие из её студентов провели лето, работая по 80-100 часов в неделю за минимальную заработную плату в США.

Студенты приезжают в США по визовой программе посещений по обмену J-1-1, которая позволяет иностранцам (в основном молодым) из определённых стран временно работать в США с целью «культурногообмена». По данным Государственного департамента, США выдаёт около 300000 таких виз в год. Однако вместо того, чтобы проводить лето как приехавшие по обмену студенты, осматривая достопримечательности и заводя друзей-американцев, некоторые из этих студентов познают Америку через низкооплачиваемые работы, горничными, официантами и кухонным персоналом. Они – «прислуга».

Не все студенты по визовой программе J-1 получают отрицательный опыт, а для некоторых лето равнозначно бесконечной вечеринке. Однако другим – в особенности студентам из бедных неанглоязычных стран вроде Болгарии – этот опыт может показаться надувательством. В отчёте Южного центра обеспечения контроля занятости некоторые студенты сообщали, что чувствуют, будто эта программа их «обманула» или «эксплуатировала», а в 2011 году сотни работников, приехавших по визе J-1, протестовали против несправедливых зарплат на заводе Hershey’s, на котором они работали. «Нет никакого культурного обмена, – заявил New York Times один китайский студент. – Тут просто надо работать, работать и ещё раз работать».

Гилберт сняла об этом явлении документальный фильм под названием «The Summer Help» («Летняя прислуга»)», который рассказывает о некоторых из её болгарских студентов, которые уезжают из своей страны, нередко впервые, на работу в США на лето. Студентки Елена и Николета провели лето, работая горничными в гостинице в Миртл-Бич (Южная Каролина). Они приспосабливаются к новой жизни, работают на американских отпускников (которые не всегда приветливы), а мы наблюдаем, как они примиряют свои ожидания с тем, каково на самом деле быть иностранцем в США.

Журнал пообщался с Гилберт о её впечатлениях от создания фильма, о студентах, которых она изобразила, и о контрастной реальности жизни и работы в Америке.

meet-the-bulgarian-students-whose-minimum-wage-jobs-keep-americas-summer-going-body-image-1466007672-size_1000

Елена из Болгарии, одна из главных героинь в документальном фильме, «Летняя прислуга», готовит пиццу на своей второй работе. Кадрвзятиз «Летнейприслуги»

Программа J-1 предназначена для культурного обмена между американцами и иностранцами, но эти студенты приезжают и, по сути, просто работают по восемьдесят часов в неделю на нескольких работах. Кто извлекает из программы больше всего пользы: студенты или те, кто их нанимает?

МелодиГилберт:Снимая фильм, я никого не сужу. Я просто показываю опыт. Это вам решать, как это понимать [программу J-1]. В том, чтобы бороться, тяжело работать и прорываться сквозь боль, есть много преимуществ. Из этого может получиться кое-что чудесное, откуда бы вы ни были. Есть и другие люди, которым в конце кажется, что ими воспользовались. Стоило ли оно того для них, решать студентам. По своим студентам я вижу, что есть кое-какие преимущества, в том числе возможность заработать кучу денег для помощи своим семьям, едва сводящим концы с концами, в этих восточноевропейских странах. Ещё есть личный рост. Я не критикую [программу]. Я не отношусь к ней положительно.

Помимо прочего, меня вначале шокировало то, что для того, чтобы приехать в США на эту работу с минимальной зарплатой, нужно заплатить. Платишь определённый взнос компании по трудоустройству, оплачиваешь свой перелёт, а затем оплачиваешь себе жильё и еду. Платишь за всё – за эту возможность приехать в Америку и работать за минимальную зарплату. Некоторым людям удаётся вернуть потраченные деньги, а некоторым – нет.

 

Какова была цель фильма?

Цель состояла в том, чтобы показать впечатления этих студентов. Кроме того, мне было интересно увидеть, как они видят нас – американцев. Поначалу я думала, что снимаю фильм только о них [студентах] и их впечатлениях. Затем я подумала: «Господи. Посмотрите, какие мы, как они нас видят, какие мы транжиры, насколько фальшивы со своими фальшивыми улыбками, пожеланиями доброго утра и тому подобным». Наблюдать это было очень интересно.

 

Что касается двух девушек, которых вы в основном показываете в фильме, как менялось их восприятие Америки от начала до конца?

В итоге они получили совершенно разные впечатления. Вначале они обе взволнованы, а их разум открыт. Единственный ориентир в отношении Америки – это увиденное по телевизору или в кино. Полагаю, в первую неделю находиться здесь очень интересно, но мало-помалу выясняется… В случае одной из девушек кто-то из её коллег по уборке в гостинице солгал о ней – о каких-то её действиях. Будучи иностранкой и только что приехав в страну, с этим, в общем-то, ничего сделать нельзя. Учишься адаптировать своё мышление и то, как справляешься с подобным. Если бы она пожаловалась на того человека, который был американцем, её бы, вероятно, уволили. В итоге она всё равно ушла с этой работой – были проблемы с доверием, да и просто [в целом] не было там того, на что она рассчитывала. То есть я хочу сказать: Америка вообще соответствует когда-нибудь тому, чего от неё ожидают?

 

Я подумала: «Посмотрите, как они нас видят, какие мы транжиры, насколько фальшивы со своими фальшивыми улыбками, пожеланиями доброго утра и тому подобным» — Мелоди Гилберт

 

В вашем фильме одной из девушек пережитое очень понравилось, а другой – нет. Почему, на ваш взгляд, так вышло?

Возможно, дело просто в том, куда они поехали. Миртл-Бич в Южной Каролине, возможно, не самое дружелюбное к иностранцам место. Возможно, дело в этом, но вообще-то, я не знаю. Это показывает, что можно иметь разные впечатления в зависимости от того, куда вас отправляют и какая работа вам достаётся. Полагаю, [у других студентов в моём документальном фильме] в Провинстауне, что в Массачусетсе, и на Мартас-Винъярд, многие из них получили очень положительные впечатления. Хотя труд и тяжёлый, обстановка получше. Очень много богатых людей, которые лучше с ними обращаются и давали им более щедрые чаевые, и они чувствовали себя частью местного сообщества. В Провинстаун некоторые из студентов возвращались четыре или пять раз.

В Миртл-Бич мало студентов чувствовали себя там так. Совершенно случайно вышло так, что две главных героини в фильме были лучшими подругами, отправились в одно место, работали на одной и той же работе и получили совершенно разные впечатления. Иногда дело в ваших личных качествах, в местах, которые вы посещаете, и в том, насколько там терпимы к иностранным студентам. Иногдаим рады, аиногда – нет. Иногда они просто работают. Иногда они становятся частью местного сообщества.

 

Насколько велика финансовая составляющая стимула для болгарских студентов? Или дело в культурном опыте?

Дело в финансах, однозначно. У них есть возможность за одно лето заработать столько, сколько их родители могут заработать за год или два. Мама зарабатывает 8 долларов в день, а она [студентка] приезжает в США и зарабатывает 8 долларов в час. Это же прогресс, верно?

Приезд сюда на лето – это возможность продвинуться. Оказавшись здесь, они также получают мотивацию ознакомиться с культурой, узнать людей и постараться сделать так, чтобы люди их узнали. Но большинству людей на самом деле неинтересно. Их просто видят как рабочих с забавными именами на ярлычках. Одна девушка из Казахстана работала за барной стойкой, а люди, которых она обслуживала, спрашивали: «Ты откуда?» А она говорила: «Из Казахстана». Некоторые спрашивали: «Это вообще страна?» Она научилась смеяться в ответ на это и понимает, что можно также просвещать людей на тему своей страны. Я хотела показать, что это – возможность для взаимодействия. Иногда она даёт больше, а иногда – нет.

 

Однако некоторые американские начальники также относились к этим студентам как к родным. Часто ли такое бывало?

Один начальник, у которого был рыбный магазин, – когда я впервые с ним пообщалась, он был вполне обычный – понятия не имел, откуда его работник. Впоследствии, чем больше я с ним общалась, тем чётче я осознавала, что он относится к студентам так же, как и я. Он видел, что они – особенные люди. Это были не просто работники – они отказались от очень многого, дабы приехать на лето сюда, в США, они – будущие журналисты, юристы, банкиры и врачи своих стран, и он это видел. Он и дальше приглашал студентов, которые даже останавливались у него в доме вместе с его семьёй. Некоторые из работодателей просто прелестны, а некоторые – нет. Разъезжая по стране, а я при этом проехала пять тысяч миль, я проверяла, где живут все эти студенты. Некоторые жили там, где в одну комнату набивалось по шесть-семь человек. У других обстановка была получше. Я ехала туда не судить, а просто документировать их впечатления.

 

В нескольких моментах фильма кажется, что между болгарскими студентами и другими иммигрантами – к примеру, работниками из Центральной Америки, прожившими здесь не один год, – существуют некие товарищеские отношения. Есть тут какие-то особые отношения или понимание?

В фильме есть момент, когда одну из девушек приглашает на вечеринку одна из её сотрудниц-мексиканок, уборщица в гостинице, в которой они работают. И, кажется, другие люди говорили ей: «Почему ты идёшь на день рождения к мексиканке?» Она чувствовала более сильную связь с ними, потому что все они приехали сюда по одной и той же причине. «Всеониздесь, чтобыработать», – таконаисказала.Кроме того, у них очень дружная семья. Они держатся вместе, и это напомнило ей о собственной жизни дома.