Чернобыль: отпускное направление

В первые часы 26 апреля 1986 года, во время обычного тестового режима работы в Чернобыле взорвался ядерный реактор, выбросив сияющий шлейф дыма, осветивший небо на многие мили вокруг. Жители этой местности позже будут описывать свечение в результате смертоносного взрыва как наиболее сильное явление, которое им когда-либо приходилось видеть. В течение нескольких минут, рабочие будут прокладывать себе путь через пожар, горящий асфальт, обрушающийся реактор, подвергаясь дозам радиационного облучения, которые ни один человек не получит за всю свою жизнь. Тридцать шесть часов спустя, жителей сотен пострадавших от излучения деревень попросили покинуть окрестности станции, с обещанием, что они вскоре вернутся. В течении дней, радиационные осадки выпали на площади тысяч квадратных миль Европейского континента.

В течение почти 30 лет эвакуированные районы вокруг Чернобыля, включая город Припять, остаются безлюдными, необитаемыми местами, а в некоторые из них – нетронутыми. Но в 2011 году, украинское правительство заявило, что откроет 30-километровую зону загрязненных земель, площадь в четыре раза превышающую размер Нью-Йорка и известную под названием «зона отчуждения», для посещений. Хотя многие из любопытствующих о следах худшей ядерной катастрофы планеты успели побывать в зоне до этого объявления, эта новость быстро распространилась в массы, начавшие бронирование мест на экскурсии через растущие как на дрожжах частные туристические компании. Когда в 2007 году Дилан Харрис основал Lupine Travel, его агентство стало одним из трех компаний, организовывающих поездки в зону, и по его оценкам в среднем 10 человек посещали зону каждый месяц через его компанию. Но начиная с 2011 года, по оценкам туроператоров с которыми удалось поговорить, свыше 10,000 человек ежегодно отправляются в путешествия в зону бывшей атомной станции.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162448-size_1000

В их брошюрах поездки представляются такими, которые гарантируют весь набор ощущений как от безопасного похода в дом с приведениями, так и от невидимой опасности зараженной радиацией в покинутой людьми среды. Нет сомнения, такое сочетание разоренных ландшафтов и экстремальных уровней радиации обеспечивает процветание ядерной индустрии туризма. Учитывая что на рынке таких услуг работает по крайней мере два десятка национальных и международных туристических оператора, а допуск в зону контролирует администрация чернобыльской зоны, существуют проблемы с определением точных данных по посещаемости. Юрий Ковальчук, представитель организации Чернобыльские туры и агентства UkrainianWeb, говорит, что лето, без сомнения, является самым загруженным сезоном, хотя многие продвинутые фотографы предпочитают работать в зоне осенью, когда листва не загораживает виды.

Странные звуки наполняют зону: отсутствие пения птиц, хруст стекла под ногами, постоянные щелчки камер под звук сигналов счетчиков Гейгера. Посетители иногда берут собственные счетчики, подающие сигналы когда уровень радиации превышает обычную норму в 20 раз, а ещё камеры и обед, чтобы съесть его в кафе атомной станции. Туристы со стажем остаются на ночёвку в зоне в унылых отелях советского стиля.

Несмотря на все существующие клише о Чернобыле, вокруг этого горячего летнего направления продолжают кружится мифы. Побеседовал с заядлыми посетителями зоны, опытными гидами, а также международными экспертами в области радиационных излучений для того, чтобы развенчать некоторые из основных заблуждений в отношении того, кто и зачем посещает зону и является ли это безопасным занятием.

«Некоторые люди путают фильмы о Чернобыле с реальностью», – категорически заявляет Ковальчук. «Этих людей может постичь разочарование».

Неудивительно, что радиация – самый большой страх каждого, кто посещает Чернобыль. Сотрудник итальянской страховой компании днем и хозяин страницы ChernobylUpCloseandPersonal в Facebook ночью, Ронни Бессбор говорит, что перед тем как изучить возможные последствия для здоровья, он думал, что «стоит там оказаться и ты – труп».

Но вопреки этому распространенному восприятию, а также по мнению международных экспертов в сфере радиоактивных излучений и их украинских коллег, оказывается, что туристам нечего бояться в тех районах зоны, которые они посещают. В ходе типичного тура на Чернобыльскую АЭС, воздействие радиации составляет несколько микрозивертов в час, что как любят подчеркивать гиды, гораздо меньше, чем воздействие получаемое при перелёте через Атлантику. «Конечно, в центральной части зоны до сих пор есть участки с повышенной радиацией», – объясняет в разделе Часто Задаваемые Вопросы «официальный поставщик туристических услуг в Чернобыльской зоне» ChernobylWel.Com, «но если вы будете придерживаться предложенного пути и указаний гидов, ваше посещение Чернобыльской зоны и города Припять станет абсолютно безопасным в отношении вопроса воздействия радиации». Несмотря на то, что существующий бетонный саркофаг, построенный для удержания радиации имеет трещины, и дает утечки (завершение реконструкции намечено на 2017 год по самым оптимистическим прогнозам), эксперты придерживаются такого же мнения.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162490-size_1000

«Если вы не занимаетесь собиранием местных грибов, ягод, не охотитесь на дичь и не употребляете их в пищу, и придерживаетесь открытых для туристов маршрутов, у вас не должно возникать никаких проблем вообще», – сообщает в интервью доктор Кит Бэверсток, бывший директор Программы ВОЗ по радиационной защите, и добавляет: «я был там, и я был бы рад оказаться там снова». Другие меры предосторожности состоят в том, что когда вы прохлаждаетесь вокруг дающей утечки станции не стоит есть, пить или курить на открытом воздухе; не нужно сходить с пути, оголять тело, или прикасаться телом или вещами к земле.

Бэверсток, ставший в 2002 году соавтором знаменательного доклада ООН о последствиях аварии на Чернобыльской АЭС, помог привлечь внимание всего мира к проблеме увеличения заболеваемости раком щитовидной железы в Беларуси. Но он также предупреждает, что многие последствия радиационного воздействия в следствии аварии, в том числе психосоциальный эффект и связь с заболеваемостью раком, не в полной мере известны. Многие посетившие эту местность остаются удивлены видимым побочным воздействием излучения, которое оказывается менее разрушительными, чем они ожидали.

Хотя многие популярные фильмы и видеоигры изображают зону пустым пост-апокалиптическим местом, Чернобыль всё ещё остаётся очень активным рабочим городом. Здесь даже несколько многолюдно. Церковь по-прежнему приветствует прихожан; толпы работников ежедневно коммутируют в зону, занятые выводом электростанции из эксплуатации и постройкой нового саркофага для реактора; сотни людей, несмотря на предписания правительства, отказались покинуть эти места. «Это место похоже на другие украинские города, только за вычетом детей и развлекательных заведений», — говорит Ронни Бессбор.

Напуганные движением на дорогах и в магазинах, местные жители, известные как «сталкеры» регулярно проникают в более заброшенных районы за пределами города, чтобы убрать мусор, прогуляться и поплавать в водоёмах, кишащих жизнью, в центральной части зоны.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162500-size_1000

В докладе Чернобыльского форума за 2005 год говорится, что «зона отчуждения парадоксально стала уникальным заповедником биоразнообразия». Ученые описывают дикую природу в Чернобыле, как процветающую, с лошадьми Пржевальского, лосями, кабанами, волками, рысями заселившими всю зону. Но ученым не известно, что происходит у этих животных внутри, как изменились их ДНК. Бэверсток предупреждает, что дикая природа не обязательно «играет самую важную партию», пока ученые обнаруживали изменения в размерах черепа птиц.

Дилан Харрис, основатель агентства Lupine Travel, говорит, что люди часто удивляются по поводу того, как быстро природа возвращается даже в такой загрязненный город как Припять. «Каждый год» – рассказывает он – «эта местность становится все более и более неузнаваемой, потому как деревья и растения начинают разбивать бетон и поглощать всё вокруг». Многие из его туристов, говорит он, являются исследователями городской местности, что означает, что они занимаются поиском и изучением современных руин, находя красоту в их распаде. И так случилось, что все туристы, у которых мы брали интервью для этой статьи, оказались так или иначе городскими исследователи, и все они описывают Припять, как замороженный во времени город-мечту городского исследователя.

Заброшенный парк развлечений в Припяти, который собирались открывать спустя несколько дней после катастрофы, пожалуй является самым известным местом притяжения среди многих других сохранившихся реликвий СССР. Туристы часто фотографируют её ярко-желтое колесо обозрения, кажущееся теперь мрачным ироническим символом. Рядом, стоит сильно загрязнённый грузовик, ржавеет. Возвышаясь над окраиной города, видны вертикальные башни станции радионаблюдения Дуга-3, реликвии холодной войны. Чрезвычайно мощная радарная система, получившая в НАТО прозвище «стальной двор», когда-то использовалась для искажения сигналов европейских и американских радиостанций. Газеты, школьные уроки, разбросанные медицинские книжки, пустой бассейн, детская одежда 1986 года разбросанные вокруг зданий, добавляют эффекта временной капсулы.

Городские исследователи стекаются в зону отчуждения не за тем чтобы поглазеть на запустения, а чтобы осознать реальность ядерной катастрофы. Ковальчук утверждает, что обычно людям, заказывающим туры в Чернобыль на UkrainianWeb, не достаточно абстрактного, дистопического изображения сцен на известных фотографиях или в фильмах. По его словам, они относятся к тем, кто чувствует необходимость увидеть всё «своими глазами».

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162572-size_1000

Янош Хонконен в течение длительного времени мечтал побывать в чернобыльской зоне. Ещё с того времени, как он был ребенком в Финляндии, Хонконена очаровали сценарии «разного вида пост-апокалиптического мира и современных руин». Как и многих других туристов, с которыми поговорил, поп-культура конца холодной войны подпитывала такое увлечение. Выросший в мире на грани взаимного гарантированного уничтожения, Янош пересмотрел 80 фильмов об армагедоне, прочитал все романы, описывающие апокалиптический мир, а также физические свойства радиации. Потом случилась авария, превратившая Чернобыль в повседневное слово, а в странах, где на себе почувствовали некоторые последствия взрыва, таких как Финляндия, даже в нечто большее.

Как Хонконен и многие другие туристы, посещающие Чернобыль, Ронни Бессбор всегда был в восторге от городских исследований в своем городе в Северной Италии, что в сочетании с его врожденным интересом к «распаду, и всему болезненному или необычному», сделало Припять местом, где «все мои интересы сошлись, как нигде на планете». Но для Бессбора, которому было пять лет, когда произошла авария, Чернобыль долго казался странным «фантомом из раннего детства: огромным событием, о котором никто ничего конкретно не знал». Он был потрясен, когда узнал, что туда можно попасть на самом деле.

Оба, Бейссбёр и Хонконен, утверждают, что как только они услышали, что посещения зоны отчуждения стали возможны, они поняли что обязаны туда добраться. Хонконен впервые побывал в зоне в ноябре 2010 года благодаря туру от агентства SoloEast и планирует получить разрешение на посещение зон с более ограниченным доступом когда-нибудь в будущем. Бессбор совершил свою первую поездку весной 2012 года, через агентство Lupine Travel Харриса. Сразу после возвращения Бессбора домой, он начал строить планы о возвращении в зону. «Зона завербовала меня», — рассказывает он. Он возвращался в Чернобыль семь раз, поведя там в общей сложности 42 дня. Чтобы узнать больше об истории зоны отчуждении, в промежутке между этими поездками, он погружался в чтение книг о катастрофе и ее последствиях.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162583-size_1000

Харрис утверждает, что едва ли стремление изучать историю зоны и желание вернуться туда, продемонстрированные Бессбором и Хонконеном, является редкостью среди тех, кто отправляется в туры по зоне. По его словам, в отличие от других мест-катастроф, Чернобыль притягивает туристов с глубоким интересом к исследованию биологических, исторических и политических последствий трагедии. Основными заказчиками туров в агентстве Харриса являются мужчины в возрасте от 25 до 40 лет.

Ковальчук подчеркивает серьезную образовательную миссию туров своей компании, важность чего превышает любые другие ощущения посетителей. «Наши посетители в основном – хорошо образованные люди, интересующиеся мировыми проблемами и Чернобылем, в частности», – объясняет он. Ведь, чаще всего, каждый из посетителей проводит некоторое исследование о путешествии для того, чтобы чувствовать себя комфортно в вопросах радиационной безопасности. «Не бывает такого чтобы кто-то во время экскурсии задал вопрос: «Так а что такое этот Чернобыль?»

Исследователи, изучающие феномен стремления людей посещать места экстремальных катастроф, часто именующийся «тёмным туризмом», рассказали, что такие визиты связаны с потребностью более глубоко прочувствовать произошедшее событие. Идеей тёмного туризма является обращение людей к прошедшей трагедии для того, чтобы прочувствовать и отдать дань исторической ценности смерти и трагедии, – объясняет профессор и исследователь тёмного туризма Джеффри Подошен из Франклин&Маршалл. «Люди склонны посещать места бедствия, когда они боятся что подобное может случиться в их жизни», – говорит он. «Это то, что мы безусловно наблюдаем в случае с Чернобылем».

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162596-size_1000

Чернобыль – бывший маяк советской промышленности и Припять – покинутый образцовый город, представляют собой видение альтернативной исторической траектории, по которой могли пойти так много нынешних городов и центров промышленности. Припять в самом деле сильно напоммнает Хонконену то место, где он вырос в Финляндии. С её панельными жилыми домами и эстетикой 80-х, Припять кажется переросшим, разрушенным отображением его детского дома в Ювяскюле.

Эндрю Гибсон, английский фотограф-фрилансер, посещавший зону дважды, говорит, что хотя заброшенность «тёмного туризма» и привлекает людей, факт того, что зона является результатом «крупнейший ядерной катастрофы нашей планеты» быстро отрезвляет любые веселые сравнения с праздниками или видеоиграми. «Вы настолько поглощены всем увиденным, что едва ли находите время общаться с другими участниками вашей группы, по крайней мере до тех пор пока не наступило время перекуса», – говорит Гибсон. Как и многие посетители, он не решался использовать ярлык «тёмного туризма» из-за его побочного значение, но говорил о историческом измерении района в таком же русле, как его описал Подошен. «Жизнь в Припяти остановились в 1986 году и с тех пор город разрушается», – продолжает он, «это минимальная дистанция, на которую вы можете приблизится к режиму, которого больше не существует». Он говорил о «невероятно мощном» чувстве возникающем в связи с тем, что ты «находишься практически в одиночку в месте, которое когда-то было заполнено жизнью».

Ковальчук соглашается, что «глубокие чувства», такие как шок, смирение, переживание и восхищение во время его туров испытывают многие.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162610-size_1000

По словам Бессбора во время последних поездок в зону, он остановился на месте откуда вертолеты отправлялись тушить пожар, после чего он забрёл в здание бывшей школы. Он поднялся на крышу самого высокого здания города и попытался охватить умом тот факт, что там больше никто не живет.

«Я не отношусь к тем, кого легко растрогать», – заявляет он – «но когда я впервые увидел ряды ржавых детских кроватей в детском саду, я был на грани того, чтобы расплакаться. В этом месте на людей находит глубокая меланхолия, которую трудно выразить словами».

Когда в 2010 году Хонконен вернулся в Финляндию из путешествия в зону отчуждения, лето было в полном разгаре, и спать было невозможно. Он вспоминает как в течении нескольких дней после приезда, он проводил ночи рассматривая фотографии и читая блоги бывших жителей Припяти. «Это может показаться банальным», – говорит он – «но я действительно оставил кусочек себя там. Поездка стала для меня довольно богатым опытом».

Но некоторые опасаются, что эта ситуация может измениться.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162718-size_1000

После того как военный конфликт, разразившийся на востоке Украины, убрал страну с радара большинства путешественников, а загрязнённые леса в зоне полыхают, возникает вопрос останется ли губительное очарование Чернобыля по-прежнему привлекательным направлением для тысяч фотографов и путешественников. Lupine Travel, UkranianWeb и ChernobylWel.Com отмечают, что за последние полтора года число туристов стремительно сократилось, а по последним данным упало на целых 80 процентов с момента начала конфликта.

К тому же, летом, после лесных пожаров возникших всего лишь в десятке километров от Чернобыльской АЭС, инспекторы отметили всплеск радиоактивности в некоторых районах зоны отчуждения. В окрестностях эвакуированного села Полесское Государственная инспекция ядерного регулирования Украины обнаружила очаг загрязнения с излучением в десять раз превышающие смертельные дозы цезия-137, тем не менее в инспекции заявили, что канцерогенное излучение не представляет опасности для проживающих вблизи зоны отчуждения, по крайней мере до тех пор, пока ветер не изменит силу или направление. Это второй лесной пожар возникший в зоне с конца апреля, ставший самым масштабным по площади возгорания за последние два десятилетия.

chernobyl-a-vacation-hotspot-unlike-any-other-0283-body-image-1437162650-size_1000

Ученые заявили, что эти пожары, может и не аномалия, но тенденция, связанная с изменением климата, что делает пожары более частыми. Харрис говорит, что ситуация находится под полным контролем, а его компания «наблюдает за ситуацией и отложит туры в случае такой необходимости».

Ковальчук добавляет, что, несмотря на то, что ничего особого с его турами «с любой точки зрения» не происходит, компания тем не менее «чувствует замедление».

Возможно, спад посещений является хорошим временем для того, чтобы отправится в зону. Те, с кем мы поговорили о турах, отмечали, что традиционные туры бывают слишком переполнены, что усложняет исследования, провести которые они надеялись. Многие говорили, что для своего следующего посещения они выберут частный или индивидуальный тур. Андрей Хант, английский дизайнер, посетивший зону отчуждения в 2009 году, ещё до того как туры стали такими популярными, рассказал, что он был удивлен насколько город был «хорошим туристическим путём». «Казалось, что это своего рода музей», – добавляет он – «в котором, однако, демонстрировались грустные вещи». Один из блогеров-путешественников описывает зону отчуждения как любую другую туристическую ловушку, с фотографами-элементами ландшафта, ищущими позицию для своего идеального снимка. «Если моя группа может быть своего рода показателем», – пишет он – «то только представьте совокупный эффект от приблизительно 10,000 посетителей ежегодно посещающих зону».

Если вы ищете что-то вдали от переполненных маршрутов, и еще не сделали планы по поводу следующих летних каникул, Чернобыль может стать безопасной точкой, по крайней мере сейчас. «Лучше раньше, чем позже», – рекомендует Бессбор – «место разваливается».