Интервью с очень опытным частным детективом

Я всегда представлял себе, что частные детективы – это таинственные фигуры в длинных, тёмных пальто и больших шляпах. Поэтому, когда я увидел Гленн Малкер – частного детектива, нанятого британской бульварной газетой News oft he World, чтобы взломать голосовую почту – мой романтический образ разрушился, поскольку выглядел он как участник шоу Family Feud.

К счастью, во Франции частный детектив по-прежнему – респектабельная профессия, сетевые агентства занимают офисы на главных улицах и размещают рекламу в интернете. Первый раз я заметил рекламу во время поездки в Париж, яркая неоновая вывеска – «Duluc Detective» – висящая над парфюмерным магазином на улице Лувра. Мартин Баре, управляющая Duluc, которой уже 66 лет, сказала мне, что унаследовала агентство от своего отца, который, в свою очередь, унаследовал его от своего отца, который основал бизнес в 1913 году.

Она также сказала мне, что сейчас настали трудные времена для французского сыщика. Когда-то в этой профессии были заняты более 2000 человек, в настоящее время во Франции работает менее 800 частных детективов, как мадам Барет. Союз детективов SNARP, пытается получить новые полномочия от французских властей, чтобы их признали как обязательную дополнительную поддержку в ходе правосудия (в качестве официальных служб поддержки системы правосудия). Сейчас детективов часто воспринимают как любопытных проныр, у которых не больше прав, чем у обычных граждан. Но даже, если они добьются того, чего хотят, это не означает, что люди начнут нанимать их массово, как было раньше.

Я поговорил с мадам Баре о её карьере детектива длиной в полвека, а также о том, как всё изменилось за это время.

MartineBaret2

Bonjour, мадам. Когда вы начали свою карьеру частного детектива? 

Я начала работать здесь в 1966 году, когда мне было 18. Мой отец был счастлив работать со мной. Я обожала работу. Я до сих пор люблю её. Каждый день случается что-то новое, вы встречаете интересных людей, и вы получаете представление о всех слоях общества. Я до сих пор волнуюсь при каждой встрече.

 

Сколько дел, которые требуют слежки, вы до сих пор ведёте лично?

Если нужна женщина, я до сих пор этим занимаюсь – женщина склонна быть более осторожной. Если женщина не требуется, в основном, мои коллеги-мужчины делают большую часть работы. Сейчас сложнее получать информацию от соседей, потому что люди не всегда знают что-то о жителях в своём доме, как это было раньше, поэтому сейчас меньше сплетен можно узнать. Консьержи, кажется, не видят и не слышат столько, как раньше. Люди стали более скрытными. К тому же, электронные дверные коды затрудняют работу.

 

Сколько ваших дел связаны с изменами и требуют слежки за мужем или женой?

Раньше это занимало около 80 процентов всей работы, но в 1974 году изменился закон о разводе, поэтому ситуация тоже изменилась. Если между супругами возникла ссора или спор, сейчас уже нет необходимости доказывать неверность. Но мы до сих пор получаем заказы, связанные со спорами между мужем и женой: денежные споры, вопросы с недвижимостью и детьми. Для наших клиентов мы стараемся получить доказательства в отношении сумм денег, любые инциденты с наркотиками или злоупотреблением алкоголя. Но сейчас совсем другая картина. Это занимает всего лишь около 20 процентов заказов.

 

Значит французов не очень заботит с кем ещё спит его/её супруг/супруга?

Некоторые люди до сих пор действительно хотят знать, обманывают ли их мужчина или женщина. Но во Франции сейчас женщины много работают, так что у них нет времени проверять что мужья делают за их спиной.

 

С другой стороны, люди сейчас могут проводит детективную работу самостоятельно, через интернет?

Да, интернет изменил многое. Но некоторые люди все ещё рассматривают частного детектива, как последний шанс, чтобы получить результат. У нас не больше прав, чем у любого другого французского гражданина, но мы знаем наши права лучше, чем [среднестатистический] французский гражданин и используем наши знания и опыт, чтобы получить то, что нам требуется. Мы можем купить или достать другим способом записи из общественных источников – налоговые данные, право собственности на имущество, семейную историю. И мы всё ещё используем хитрость и делаем всё возможное, чтобы получить информацию. Законным путём, конечно.

 

Что вы делаете, если клиент хочет, чтобы вы преступили закон? Вы берётесь за такие дела? 

Если клиент просит выйти за рамки закона, ему лучше обратиться в другое место. В этом случае мы очень рискуем – наша репутация для нас очень важна.

 

То есть, вы не прослушиваете телефонные разговоры?

Нет. Даже если бы мы могли получить запись хорошего качества, записать разговор в ресторане или сделать фотографию через окно, мы не можем использовать это в нашем отчёте. Это незаконно. Но если нам удаётся подслушать разговор или услышать сплетни… это другое дело. Мы можем использовать другие методы, чтобы подтвердить или опровергнуть эту информацию.

 

Было ли у вас проблемы с теми, за кем вы следите? Обычно людям не нравится, когда в суде представляются свидетельства об их жизни.

Да, иногда они могут быть очень недовольны. Но нас уполномочил клиент собрать достоверную информацию. Поэтому мы не можем заботиться о том, что они об этом думают и как к этому относятся. Информация и доказательства, которые мы собрали, учитываются в дополнение к другим доказательствам и адвокат может их использовать. Если судья видит отчет или фотографию, сделанную нашим агентством, он знает, что это фотография не была откорректирована в Photoshop. Судья полагается на нашу репутацию. Ведь, мы можем делать фотографии человека или номерного знака автомобиля на улице или в общественных местах. Все делают фотографии, в конце концов. Это не является проблемой в плане приватности.

 

Трудно оставаться эмоционально невовлечённым в дела?

За год мы ведём около 100 дел по пропавшим людям. Была одна женщина, она была в отчаянии, не могла найти своего отца, и когда мы его нашли, она плакала и плакала, и я плакала тоже. Было трудно не вовлекаться лично. Но нам приходится быть жёсткими. Не всегда всё идёт гладко для клиента.

У нас была ещё одна женщина, которая хотела выяснить, кто её отец. В итоге мы отследили отца на юге Франции. Клиентка поехала к нему. Это был пожилой мужчина. Он посмотрел на доказательства, наш отчёт, и сказал: «Да, в докладе всё выглядит правильно, и я, должно быть, действительно твой отец, но, к сожалению, я не помню твою мать, потому что я переспал с огромным количеством женщин в моей жизни. Во всяком случае, давайте посидим вместе и поедим, выпьем немного хорошего вина». Клиентка была немного разочарована. Но она нашла отца, по крайней мере.

Duluc

С каким заказами к вам сейчас обычно обращаются?

Начальник может усомниться в информации о сотруднике – может быть, работник смотрит телевизор, когда он должен работать или [утверждает, что] заболел. Или, например, если есть начальники, которые интересуются, не унёс ли недавно уволившийся сотрудник важную информацию – конфиденциальную информацию – и не передал ли её другой компании, работающей в той же области. Это больше технический вопрос, чтобы узнать так ли это. Мы можем проверить его мешки с мусором – тот мусор, который он выбросил – и посмотреть, что у него есть. Сейчас много подобных случаев.

 

Что вы думаете о фильмах-нуар о частных детективах или о детективных романах? У вас есть любимые?

После просмотра и прочтения большинства детективных фильмов или романов я впадаю в депрессию, потому что они так далеки от реальности. Вы видите микрофон, скользящий по окну, и вы думаете, нет, нет, нет. Как жаль. Трудно вспомнить хороший фильм о работе детективов. Может только, один из старых, «Украденные поцелуи» по [Франсуа] Трюффо. Но современные шпионские фильмы очень технологические, всё совсем не так.

 

Что изменится для вас и вашего бизнеса, когда детективная деятельность станет частью правосудия? 

В настоящее время, судья может принять во внимание отчёт детектива, если у агентства есть хорошая репутация, но если станем официальными дополнительными агентствами в системе правосудия, нельзя будет думать принимать или не принимать доказательства к рассмотрению, судьи будут принимать их во внимание.

 

Когда вы думаете выходить на пенсию?

Никогда. Я никогда не сдамся. Я всегда настроена оптимистично и волнуюсь каждый раз. Иногда я не сплю ночами, потому что у меня есть вся информация. Я раскрыла дело, и я знаю, что клиент ждёт.

Спасибо, мадам.