Научить детей говорить «нет» — сексу

Моё секс-образование вмещает в себя то, как осуждала аборт одна монахиня: она раздавала крошечные золотые слепки ступней человека, чтобы показать размер ножки ребёнка, если прерывать беременность на десятой неделе. До этого, мой учитель биологии включил какое-то видео о сперме, прежде чем нетактично перешёл на разговор о критических днях. Я задала этот вопрос тогда, и я задаю его сейчас: есть ли в мире хоть одна женщина, которая на самом деле ставит ногу на ванну, чтобы вставить тампон? И всё.

Половое воспитание, или как его ещё называют Личное, Социальное и Оздоровительное Образование в Великобритании (Personal, Social, andHealthEducation (PSHE), прошло уже длинный путь. Но, по-видимому, всё ещё недостаточно длинный.

В прошлые выходные, грозный член парламента от лейбористов, Стелла Кризи, была председателем конференции«Наши тела – Наше будущее». Это была попытка сделать PSHE законной частью национальной учебной программы, начиная с начальной школы. Это было амбициозное событие, и очень интересно слушать молодых женщин в состоянии обсуждать всё от уличного домогательства до принудительных браков в том возрасте, в котором я на нацарапывала инициалы своего любимого парня геометрическим циркулем на своём колене.

Для меня каждый обсуждаемый в тот день вопрос сводился к одному: познание понятия «согласия». Обучение детей основам уважения к телу и границам друг друга, прежде, чем они окажутся в интимной обстановке, кажется разумным.

Так почему же этого до сих пор не происходит?

how-can-we-teach-young-women-the-power-of-no-478-body-image-1422459517

Эта конференция была уже не первой публичной попыткой Кризи сделать PSHE обязательным. В 2013 году она использовала глобальную кампанию OneBillionRising, чтобы инициировать в парламенте обсуждения и дебаты на эту тему, так как, по факту, половое воспитание в Великобритании остаётся на прежнем уровне. Ужасает один только факт, что до 25% студентов в некоторых регионах Великобритании не получают никакого формального секс образования. Более того, в 2012 году у каждого третьего мужчины-гея в подростковом или в 20-летнем возрасте был диагностирован ВИЧ. Согласно докладу YouthChances 2014 года более, чем три четверти молодых геев и бисексуалов не получают никакой информации или образования в школе об однополых отношениях или безопасном однополом сексе.

Со временем недостаток адекватного полового воспитания в этой стране привело к культуре пожаротушения: мы забрасываем молодых людей информацией о контрацепции, что очевидно необходимо, но мы не достаточно внимания уделяем обучению молодых людей власти слова «нет». Тому насколько важно это слово. И когда дело доходит до секса, мы должны привыкнуть говорить и слышать его. Это всё довольно мрачно, если учесть, что Великобритания сохранила одни из худших показателей подростковой беременности и ИППП в Европе.

Страстное выступление Кризи по этому вопросу многообещающее. Она говорит, что она доведёт данный вопрос до самого высокого уровня, и, услышав её речь, я ей верю. Но есть сообщества громко противостоящие введению обязательного PSHE — некоторые из-за очевидных религиозных и культурных причин, но и родители, которые считают, что учитель не тот человек, который может говорить с детьми на такую чувствительную тему.

Хотя обязательное преподавание PSHE не обеспечит того, что каждый ребёнка в Великобритании будет слушать уроки по секс-образованию, однако, родители перестали бы диктовать правила, что преподавать детям, а что нет. Одна мать на конференции рассказала о видео о половой зрелости, которое разрешили посмотреть, прежде чем показать детям. Ту часть в которой рассказывалось о мужских прикосновениях оставили, но всё, что касалось женских прикосновений удалили. Отсутствие возможности предметно поговорить с детьми на тему секса только увеличивает тревожность и нервозность вокруг этого вопроса. Если мы хотим, чтобы молодые женщины знали, что секс существует для их удовольствия тоже, то удаление информации о женской мастурбации является проблемой.

Необходимость в откровенном, эмоционально-направленном половом воспитании в школах не следует рассматривать как отобранный у родителей контроль. Скорее как признание того, что трудности взросления различны для каждого поколения, и, вероятно, вы, как родитель, никогда по-настоящему не узнаете «как прошёл их день».

В 2012 году опрос YouGov показал, что почти треть девушек от 16 до 18 лет уже подвергались какой-либо форме нежелательных сексуальных прикосновений или издевательств в школе. Более того, NSPCC добавило, что треть девочек от 13 до 17 лет подвергались физическому или сексуальному насилию. Это опасные цифры.

Навык определить, когда у парня «плохие» намерения – очень важен. Подавляющее большинство сексуальных нападений совершаются не хищными незнакомцами, выхватывающими женщин в переулках, зачастыю это люди из нашей повседневной жизни. Особенно важно, если эти отношения первые в жизни подростков.

Одни из моих первых отношений распались после ночи пьянства. Я проснулась из-за того, что мне задрали юбку, и, когда я продолжала притворяться спящей, меня схватили за запястье и повалили на спину, чтобы совершить неловкий петтинг. Если бы не мои плотные колготки, уверенна, всё бы закончилось по-другому.

Каждое поколение неизбежно придумывает новые и творческие способы облажаться и «напортачить» в сексе. Но мы можем, по крайней мере, попытаться дать им базовое понимание того, какими должны быть здоровые отношения.

На следующий день, всё было так как-будто ничего плохого не случилось. Я спрашивала себя снова и снова не погорячилась ли я, нормально ли то, что парень, который, как я думала, уважал меня, оставил отпечатки рук на моём теле, когда он пытался силой раздвинуть мне ноги. Этот опыт был одним из многих паршивых инцидентов, которые случались в моей молодости, которые я, как и многие из моих подруг в аналогичных обстоятельствах, старалась тогда забыть, как просто «что-то, что происходит». Этот вид сексуального насилия, который часто случается в достойных в остальных планах отношениях, как полагают многие, тёмная область. Это то, на что некоторые из моих друзей мужского пола сделают ¯ \ _ (ツ) _ / ¯ и скажут: «Всё не так плохо».

Только вот, на самом деле, это «всё» плохо. Оглядываясь назад, я знаю, что такой опыт изначально неправильный. Но, не имея основ, построенных до и в течение паршивой бури полового созревания, нереально ожидать, что мальчики и девочки смогут справиться с нюансами сексуальных ситуациях, как только они станут старше. Без созидательного, измеримого вмешательства, в чьей-то жизни может наступить время, когда за столом слишком много игроков, чтобы донести главную мысль,будь то употребление алкоголя и наркотиков, низкая самооценка, или неразбериха в вашей сексуальной жизни.

Отказ ввести обязательное PSHE также вызывает вопрос, где ещё мы должны узнать об этом, если не в школе? Место, где вы будете тратить пять дней в неделю штудируя учебники по алгебре и Второй мировой войне, но ни черта не узнаете о том, как справиться с жизненно-поглощающими перепадами настроения, как понять своё тело, когда оно становится готовым к сексу, и, в итоге, как наслаждаться сексом. В особенности этот вопрос важен для девушек.

Скудность понимания что такое «согласие» сегодня заключается в том, что мы узнаем, или не узнаем, от тех, кто вокруг нас. Она не заключается в изобретении обнажённого Snapchat. Каждое поколение неизбежно придумывает новые и творческие способы облажаться по поводу секса. Но мы можем, по крайней мере, попытаться дать им базовое понимание того, какими должны быть здоровые отношения. Без этого мы посылаем молодых людей в мир, который будет, в лучшем случае, ужасно запутанным и, в худшем случае, травматичным для их личной безопасности.