Пара провела 120 дней, путешествуя по Арктике

Сто двадцать шесть дней назад Сара МакНэир-Лэндри и Эрик Бумер отправились в путешествие по острову Баффина с командой собак. Ранее на этой неделе пара вернулась в то место, с которого начинала – Икалуит, Нунавут (родной город Сары). В общей сложности они провели 120 дней на улице, всё время подвергаясь меняющимся условиям Канадской Арктики.

Я впервые встретился с МакНэир-Лэндри и Бумером (как его называют в здешних краях) чуть больше года назад, когда они занимались планированием Юрт-феста – собственной морозной Икалуитской версии «Горящего человека», на котором,  на сцене изо льда выступил Рич Кидд. В дружеской и скромной манере поведение пары скрывало их достижения в роли экстремальных авантюристов: МакНэир-Лэндри – самая молодая женщина, которая дошла до Северного и Южного полюсов, и Бумер – профессиональный байдарочник и номинант на звание Авантюриста года по версии NationalGeographic. А я сказала, что они влюблены друг в друга? Мощная парочка.

Вскоре после того, как они вернулись в Икалуит, я встретился с ними на завтраке. С нами за столом была Мэтти МакНэир – мама Сары, полярный исследователь и гид, а также от части вдохновитель длительного путешествия на собачьей упряжке. До начала путешествия пара рассказала, что они решили повторить поездку по острову Баффина, которую предприняли родители МакНэир-Лэндри 25 лет назад. И пока Бумер управлялся с вафельницей, а МакНэир-Лэндри варила кофе со сливками, мы говорили о собаках, деньгах и любви, а Мэтти периодически отпускала шуточки.

 

Предполагаю, что 120 дней путешествия по Арктике принесло немало вызовов. Что стало самой сложной частью путешествия?

Эрик Бумер: Одним из самых сложных моментов было поддерживать интерес и мотивацию собак, потому что у них был практически неограниченный запас энергии, но иногда, когда им становится скучно, и они начинают замедлять бег, они ведут себя так, будто энергии у них совсем не осталось. И ты начинаешь думать, блин, это вообще реально? А потом одна единственная вещь захватывает их интерес. Это может быть мусор или…

Сара МакНэир-Лэндри: Следы снегохода, какая-то птица.

Бумер: Нам всё время приходилось быть группой поддержки и придумывать способы, чтобы поддерживать их интерес. Иногда мы брали маленького щенка, который ярился и ехал впереди, а они бежали за ним изо всех сил, чтобы догнать.

МакНэир-Лэндри: Мы так зависим от собак. Мы не можем толкать сани по земле. Нам нужны довольные собаки, нам нужны собаки, которые хотят тащить. Ты не можешь сказать им: «Ребята, всего три дня, и вы поедите! Простодвигайтесь!». Но они же не знают. Всё, что они знают, это то, что мы куда-то едем, и никогда не вернёмся домой. У них нет эго. 

Бумер: Не имеет значения, идет ли шторм или ещё что-то, они просто маются дурью и готовы драться или разозлиться из-за чего-то.

МакНэир-Лэндри: Мы столько говорим о собаках и об их нравах. Собаки – это как вся твоя жизнь. Поддержание их хорошего настроения – это серьёзно. Этобылаистратегия, идогадки. Инадежда.

meet-the-couple-who-just-spent-120-days-traveling-the-arctic-on-dogsled-981-body-image-1433533452

Понятно, что это было непростым путешествием, в любом случае. А были по-настоящему опасные моменты, когда вы ожидали худшего?

Бумер: Мы получили сообщение от Вилли, одного из организаторов Юрт-феста. Оннаписал: «Наваснадвигаетсябольшойшторм. Стройтеснежныестены. Шторм 90 км/ час». Мы путешествовали около четырёх дней и наконец-то добрались до очень высокого плато по пути в Пангниртунг. Это плато довольно известное, потому что оно находится намного выше Икалуита, и там всегда на 10-15 градусов холоднее и ветренее. В Икалуите были крепкие -40 и ветра скоростью 70-90 км, поэтому у нас было минимум -40 и ветра 70-90 км, возможно больше. Собаки не желали бежать при таком ветре, и я пошёл мотивировать их и показать правильное направление. Собаки решили, что они хотят развернуться и пойти вниз по холму. В это время верёвки обвили ногу Сары, а собаки помчались вниз по холму. У них было много энергии и столько силы, сани были очень тяжёлыми, а склон крутым. Сару затягивало под сани, и сани начали скользить по холму буквально на её ноге.

Первое, что я сделал, это побежал к ней и постарался снять сани с ноги. Я потерял перчатку, пытаясь освободить её. Я схватил сани, и собаки начали тянуть назад ещё сильнее, потому что когда они чувствуют сопротивление, они тянут сильнее. Всёсталоещёхуже.

МакНэир-Лэндри: Сани оказались на мне.

Бумер: Сара только кричала: «Осади собак, осади собак!», и мне нужно было голой рукой снять лыжи и использовать их, чтобы заставить собак сесть. Как только они все сели, Сара смогла выбраться из-под саней. И в тот момент я понял, что моя рука очень замёрзла. Так она ещё никогда не замерзала. Уверен, на улице было -70 по Цельсию.

МакНэир-Лэндри: Меня тянуло ногами вперёд, поэтому я не могла видеть. Если бы впереди были камни, я бы их не увидела. Я была уверена, что сломаю ногу или выверну колено. И это на четвёртый день!

Бумер: К моменту, когда всё закончилось, вокруг была нулевая видимость. Если бы собаки просто сбежала или, скажем, мы бы оба упали, мы бы не смогли их отыскать. Видимость была ограничена расстоянием в около 20 ярдов.

МакНэир-Лэндри: Хорошо осознавать, что существуют различные средства коммуникации, но если потеряешь свои сани, останешься без основного. Там твоя палатка, твой телефон, там всё. И прекрасно, что у тебя есть телефон, но никто не сможет помочь тебя во время шторма. Ты сам по себе.

meet-the-couple-who-just-spent-120-days-traveling-the-arctic-on-dogsled-981-body-image-1433533503

Сара, ты совершила множество полярных экспедиций. Если говорить об экстремальных путешествиях, какими они были?

Знаешь, каждое оказывалось по-своему экстремальным. Все они разные, всегда случаются разные вещи. Все опасности разные. В этот раз было много всего.Например, в Антарктике во льдах есть трещины, но нет открытой воды, нет скал, нет холмов. В этот раз можно назвать незащищённость и холод, но холод такой же, как и во время других зимних путешествий. Никто не путешествует в феврале, и для этого есть масса причин.

Бумер: Если говорить о трудностях, то мне кажется, что помимо всего, вызовом было само расстояние. В этот раз мы прошли 4000 км [2500 миль]. Северо-Западный проход – это всего 3500 км [2200 миль], а значит, это расстояние было длиннее, чем если бы мы шли по верху континента. Оно было очень длинным.

 

Вы посетили все деревушки на Баффиновой земле. Какое из сообществ произвело на вас самое большое впечатление?

МакНэир-Лэндри: У всех есть свои моменты. Понд Инлет явно ярче всех. Было так красиво – остров Байлот и горы, и день выдался солнечным и красивым. Мы путешествовали вверх по побережью с другом из Клайд Ривер. Ему всё равно нужно было доставить туда собак для Нунавут-квеста, и он поехал на санях с нами. Там нас очень тепло встретили. Люди по-настоящему любят собак, и там, как мне показалось, существует целая культура катания на собачьих упряжках. И вокруг было много других собачьих команд.

Бумер: В Понде было прикольно. Следующим лично для меня был Арктик Бэй. Мы повстречались там с пожилой женщиной по имени Каппик Аттгустик, которую знали с 94-го года, и которая жила в маленькой лачуге, отапливаемой масляной лампой (квиллик).

МакНэир-Лэндри: Кто-то сказал нам спуститься и встретиться с ней, но она не говорит на английском. Потом пришёл какой-то мальчик и вызвался помочь покормить наших собак. Ему было около десяти.

Бумер: Ты его спрашиваешь: «Что ты больше всего любишь делать?» «Помогать старшим». Такой искренний приятный маленький мальчик.

МакНэир-Лэндри: Мы спросили его, знает ли он Каппик, и он сказал, что да, потому он пошёл с нами и помогал переводить.

meet-the-couple-who-just-spent-120-days-traveling-the-arctic-on-dogsled-981-body-image-1433533551

Вы не только экстремальные авантюристы. Вы также находитесь в романтических отношениях. Как вы, ребята, познакомились и начали встречаться?

Мы познакомились в Орегоне. Я ехала на кайт-серфинг. Так я проводила каждое лето. Я встретила Бумера на пляже воздушных змеев.

Бумер: Сара решила, что день был как раз для бутылки текилы, и нам, наверное, стоит благодарить ту бутылку текилы за то, что мы встретились. Она не знала, наверное, с месяц, что меня зовут Эрик. А мама Сары как раз подслушивает этот разговор.

МакНэир-Лэндри: Может, я расскажу тебе, как всё было, когда мама уйдёт.

Мэтти МакНэир: Я всё знаю, потому что я должна была встретить тебя в ресторане, а ты там даже не появилась! Где она была? Она крутила роман на Гавайях.

МакНэир-Лэндри: 300 долларов за билет в оба конца! Как можно было не поехать на Гавайи? Мой друг нашёл обратные билеты с Гавайев по 250 долларов, и вылет был на следующее утро в 6 часов. И мы подумали, кого бы это пригласить? Так мы пригласили кучу народу и пригласили Бумера.

Бумер: Я проверил свой банковский счёт, на нём было 400 долларов, и я решился.

МакНэир-Лэндри: Мы запаковали несколько змеев в полночь, поехали в Портланд, сели на самолёт и полетели на Гавайи на пять дней парить в воздухе.

Бумер: В день, когда я вернулся, я прыгнул в машину, полную моих друзей, и мы поехали на сумасшедшую реку на Аляске. Я знал Сару всего одну ночь, когда мы пили текилу, и много я не запомнил. Потом было несколько дней на Гавайях, но у меня было такое чувство, что мы вместе ещё погуляем. По-моему, следующее, что мы сделали, было тогда, когда у Сары появилось немного времени перед поездкой на Северный полюс, и она хотела заняться чем-то другим. Так мы нашли компанию, которая обучала парапланеризму в Юте, написали им письмо и сказали, что хотим пофотографироваться и написать несколько историй, если возьмём несколько уроков парапланеризма, а также хотели посмотреть, сможем ли себе такое позволить. Мы неделю учились летать на параплане, делали фото и видео. Где-то так проходило каждое свидание

meet-the-couple-who-just-spent-120-days-traveling-the-arctic-on-dogsled-981-body-image-1433533591

Значит, Сара ездила туда-сюда на Северный полюс, Бумер был профессиональным байдарочником. Вы не думали о том, чтобы встречаться с кем-то, кто подобным не занимается?

Я мог и встречался, но не был слишком счастлив. Эти отношения для меня намного проще, потому что Сара понимает мои чувства к таким приключениям и то, что приключения – это приоритет. Она смотрит на это как на нечто важное, как на работу, учёбу или что-то ещё. И полностью поддерживает меня во всём. И из-за этого я также понимаю, как для неё важны приключения, и полностью её поддерживаю. И вдвойне классно, когда нам удаётся делать одно и то же. В других отношениях я чувствовал, что меня что-то сдерживает. Была борьба между жизнью там и жизнью дома, а в этих [отношениях] я просто чувствую свободу делать то, что я очень и очень хочу делать.

МакНэир-Лэндри: Хороший ответ.

Сара, у тебя такие же чувства?

Бумер: Сара так глубоко не думает.

 

Большинство пар с трудом ладят, когда отправляются отдыхать на неделю в Европу. Как вам удалось пережить четыре месяца пребывания друг с другом 24 часа в сутки на земле и в таких сложных условиях?

Бумер: Мне нравится такое. Такое времяпрепровождение с Сарой нравится мне больше, чем то, что есть сейчас [смеётся].

МакНэир-Лэндри: Думаю, многие люди находятся в отношениях, они работают и видятся по ночам. С самого начала из-за того, что Бумер живёт на Западном побережье, а я в Баффине у чёрта на куличках, мы всегда стараемся делать что-то вместе, когда встречаемся.

Бумер: Мы прошли от стадии не видеться по одному-два месяца до Давай две недели покатаемся по этой реке.

МакНэир-Лэндри: Мы или вместе, а когда мы вместе, мы проводим всё время вместе, или мы не вместе. Когда я путешествовала через Северо-западный проход, а он был в Эллесмере, мы шесть месяцев не виделись, потому что экспедиции накладывались. Всегда так было – всё или ничего.

 

Хорошо, вы теперь дома; кофе, вафли и время. А что с собаками? Чем они сейчас занимаются?

Них каникулы. Они едят. Много жира и мяса. Они знают, что они дома. По мере того, как мы подъезжали ближе и ближе, они бежали быстрее и быстрее и быстрее.

Бумер: Уверен, они сейчас скучают по бегу.

МакНэир-Лэндри: И по нам.

Бумер: Они все хотят, чтобы их ласкали, а ты можешь ласкать только одну за раз. В основном, всё, чего они хотели все четыре месяца — это немного щенячьей любви.

МакНэир-Лэндри: И писять на всё.